История православной церкви в России


История православной церкви в России остается до сих пор одной из наименее разработанных областей русской историографии. ” Характерно, что ни один из советских историков прошлого не занимался систематическими исследованиями в области истории церкви, да, и по-видимому, не ставил перед собой такой задачи, ” – написал доктор исторических наук, профессор А. И. Клибанов в своей вступительной статье к книге “Русское православие: вехи истории” (Политиздат, (c) 1989) . История Русской православной церкви не была однозначной: она была противоречивой, изобиловала внутренними конфликтами, отражая общественные противоречия на всем протяжении своего пути.
В свое время великий русский ученый Николай Михайлович Карамзин в своей книге ” Предания веков ” говорил: ” История, в некотором смысле есть священная книга народов: главная, необходимая; зерцало их бытия и деятельности: скрижаль откровений и правил; завет предков к потомству; дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего. В его словах я нахожу подтверждение своим мыслям и чувствам. В своем исследовании я еще не раз буду обращаться к работам Н. М. Карамзина, С. М. Соловьева и других историков.
Я. Н. Щапов в работе ” Церковь древней Руси (до конца XIII в.) ” говорит о том, что введение христианства на Руси было закономерным явлением по той причине, что в VIII – IX вв. начинает возникать

классовый раннефеодальный строй. Формирование местных княжений и создания на их основе в IX в. Древнерусского государства с центром в Киеве, основанного на раннефеодальной эксплуатации в форме централизованной ренты – даней, полюдья, требовало изменений в идеологической области, т. е. в религии.
Тема христианизации представляет сейчас большой интерес ввиду того, что сейчас, на мой взгляд, проходит эпоха “Второго Крещения Руси”. Для того, чтобы понять сущность происходящего, надо заглянуть в далекое прошлое. Именно изучая его, сможем мы найти ответ на вопрос о том, что ныне происходит с Российской церковью. Эту тему можно рассматривать, как зеркало последующих событий. Для нас, живущих в XX веке, эта проблема становится все более актуальной с каждым годом.
Быть может, проведением параллели между древней Русью, с ее язычеством и крещением, и Россией ХХ века, с ее идолопоклонничеством и “вторичным крещением”, будет выглядеть неубедительно, но, на мой взгляд, именно в данный момент мы становимся свидетелями того, как история, пройдя определенный этап, переходит на очередной виток на своем пути по спирали.
Казалось бы: прошло всего 1 000 лет, а Россия уже была готова вновь принять христианство, хотя, на мой взгляд, дело не в возвращении религии как таковой, а в той атмосфере серьезных перемен, воцарившейся в нашей стране. Всякое явление, как бы оно ни было громко, как бы не изменяло, по-видимому, народный строй и образ, суть результат предшествовавшего развития народной жизни.
” В нашей исторической литературе преобладают два различных взгляда на начало нашей истории. Один из них изложен в критическом исследовании о древнерусских летописях, составленном членом русской Академии наук XVIII в., знаменитым ученым немцем Шлецером, на немецком языке и изданном в начале прошлого века. Вот основные черты Шлецерова взгляда, которого держались Карамзин, Погодин, Соловьев. До половины IX в., т. е. до прихода варягов, на обширном пространстве нашей равнины, от Новгорода до Киева по Днепру направо и налево, все было дико и пусто, покрыто мраком: здесь жили люди, но без правления, подобно зверям и птицам, наполнявшим их леса. В эту обширную пустыню, заселенную бедными, разбросано жившими дикарями, славянами и финнами, начатки гражданственности впервые были занесены пришельцами из Скандинавии, варягами, около половины IX в. Известная картина нравов восточных славян, как ее нарисовал составитель Повести о начале Русской земли, по-видимому, оправдывала этот взгляд. Здесь читаем, что восточные славяне до принятия христианства жили ” зверинским образом, скотски ” в лесах, как все звери, убивали друг друга, ели все нечистое, жили уединенными, разбросанными и враждебными один другому родами: ” живяху кождо с своим родом и на своих местах, владеюще кождо родом своим “. Итак, нашу историю следует начинать не раньше половины IX в. Изображением тех первичных исторических процессов, которыми везде начиналась человеческое общежитие, картиной выхода из первобытного дикого состояния. Другой взгляд а начало нашей истории прямо противоположен первому. Он начал распространяться в нашей литературе несколько позднее первого, писателями XIX в. Наиболее полное выражение его можно найти в сочинениях профессор Московского университета Беляева и г. Забелина, в первом томе его ” Истории русской жизни с древнейших времен “. Вот основные черты их взгляда. Восточные славяне искони обитали там, где знает их наше Начальная летопись; здесь в пределах русской равнины, они поселились, может быть, еще за несколько веков до р. х. Обозначив так свою исходную точку, ученые этого направления изображают долгий и сложный исторический процесс, которым из первобытных мелких родовых союзов вырастали у восточных славян целые племена, среди племен возникали города, и среди этих городов поднимались главные или старшие города, составлявшие с младшими городами или пригородами племенные политические союзы полян, древлян, северян и других племен, и, наконец, главные города разных племен приблизительно около эпохи призвания князей начали соединяться в один общерусский союз. При схематической ясности и последовательности эта теория несколько затрудняет изучающего тем, что такой сложный исторический процесс развивается ею вне времени и исторических условий: не видно, к какому хронологическому пункту можно было бы приурочить начало и дальнейший момент этого процесса и как, в какой исторической обстановке он развивался. Следую этому взгляду, мы должны начинать нашу историю задолго до р. х., едва ли не со времен Геродота, во всяком случае, за много веков до призвания князей, ибо уже до их прихода у восточных славян успел установиться довольно сложный и выработанный общественный строй, отлившийся в твердые политические формы ” (проф. В. Ключевский ” Курс русской истории ” часть 1. Москва, (c) Соцэкгиз 1937) .
Я буду придерживаться первого взгляда на начало русской истории.
Задолго до нашего летоисчисления знаменитый грек, которого зовут ” отцом истории “, посетил северные берега Черного моря; верным взглядом посмотрел он на страну, на племена, в ней живущие, и записал в своей бессмертной книге, что племена эти ведут образ жизни, какой указала им природа страны. Прошло много веков, несколько раз племена сменялись одно другим, образовалось могущественное государство, но явление замеченное Геродотом остается в силе: ход событий постоянно подчиняется природным условиям.
” По четырем главным речным системам Русская земля делилась в древности на четыре главные части: первую составляла озерная область Новгородская, вторую – область западной Двины, т. е. область Кривская или Полоцкая, третью – область Днепра, т. е. область древней, собственно, Руси, четвертую – область верхней Волги, т. е. область Ростовская “(0 С. М. Соловьев Сочинения книга I, том 1 (c) 1988 ” Мысль”) .
Более полное описание племен, обитавших на территории древней Руси, можно найти у Н. М. Карамзина (Н. М. Карамзин ” Предания веков ” (c) 1988 ” Правда “) ; он пишет: ” Многие славяне, единоплеменные с лехами, обитавшими на берегах Вислы, поселились на Днепре в Киевской губернии и назывались полянами от чистых полей своих. Имя сие исчезло в древней России, но сделалось общим именем лехов, основателей государства польского. От сего же племени славян были два брата, Радим и Вятко, главами радимичей и вятичей: первый избрал себе жилище на берегах Сожа в Могилевской губернии, а второй на Оке, в Калужской, Тульской или Орловской. Древляне, названные так от лесной земли своей, обитали в Волынской губернии; дулебы и бужане по реке Бугу, впадающему в Вислу; лутичи и тивирцы по Днестру до самого моря и Дуная, уже имея города в земле своей; белые хорваты в окрестностях гор карпатских; северяне, соседы полян, на берегах Десны, семи и сулы, в Черниговской и Полтавской губернии; в Минской и Витебской, между Припятью и Двиною западною, дреговичи; в Витебской, Псковской, Тверской и Смоленской, в верховьях Двины, Днепра и Волги, кривичи; а на Двине, где впадает в нее река Полота, единоплеменные с ними полочане; на берегах же озера Ильменя собственно так называемые славяне, которые после рождества Христова основали Новгород. ” Природа страны имеет важное значение в истории по тому влиянию, какое оказывает она на народный характер. Об этом говорил С. М. Соловьев (С. М. Соловьев Сочинения книга I, том 1 (c) 1988 ” Мысль “) в своих сочинениях. Он считал, что ” Природа роскошная с лихвою вознаграждающая и слабый труд человека, усыпляет деятельность последнего, как телесную, так и умственную… Природа более скудная на свои дары… держит человека всегда в возбужденном состоянии: его деятельность не порывиста, но постоянная; постоянно работает он умом, неуклонно стремится он к своей цели; понятно, что народонаселение с таким характером в высшей степени способно положить среди себя крепкие основы государственного быта, подчинить своему влиянию племена с характером противоречивым “. С другой стороны, щедрая природа развивает в народе чувство красоты, здесь господствует стремление к искусству, в таком народе женщина не может быть исключена из общества мужчин. Но сред природы относительно не богатой, чувство изящного не может развиваться с успехом; при таких обстоятельствах характер народа является более суровым, склонным более к полезному, чем к приятному. Все это приводит к исключению женщины из общества мужчин, что разумеется приводит к еще большей суровости нравов. Все сказанное прилагается в известной мере к историческому различию в характере южного и северного народонаселения Руси.
Что касается быта славянских восточных племен, то начальный летописец оставил нам о нем следующее известие: ” каждый жил своим родом, отдельно, на своих местах, каждый владел родом своим ” (В. Н. Татищев ” История Российская “, т. 2) . Славяне жили в деревянных избах, находящихся на далеком расстоянии друг от друга, и часто переменяли место жительства. Такая непрочность и частая перемена жилищ были следствиями беспрерывной опасности, которая грозила славянам и от своих родовых усобиц, и от нашествия чуждых народов. Вот почему славяне вели тот образ жизни, о котором говорит Маврикий: ” У них недоступные жилища в лесах, при реках, озерах, болота; в домах своих они устраивают многие выходы, на всякий опасный случай; необходимые вещи скрывают под землею, не имея ничего лишнего снаружи, но живя, как разбойники ” (С. М. Соловьев Сочинения книга I, том 1 (c) 1988 ” Мысль “) .
Язычники смотрели на жизнь человека с чисто материальной стороны: при господстве физической силы человек слабый был существом самым несчастным, и отнять жизнь у такого человека считалось подвигом сострадания. Религия восточный славян поразительно сходна с первоначальной религией арийских племен: она состояла в поклонении физическим божествам, явлениям природы и душам усопших, родовым домашним гениям. Но следов героического элемента, так сильно развивающего антропоморфизм, мы не замечаем у славян, а это может означать, что между ними не образовывались завоевательные дружины под начальством вождей – героев и что переселение их совершались в родовой, а не в дружинной форме С. М. Соловьев Сочинения книга I, том 1 (c) 1988 ” Мысль “) .
Мы видим, что к концу IX века область России вследствие природного влияния разделилась главным образом на две части: племена, жившие на юго-востоке, находились в подчиненности от азиатского племени, стоявшего лагерем на Дону и Волге; племена, жившие на северо-западе, должны были подчиняться знаменитым морским королям, предводителям европейских дружин, вышедшим с берегов Скандинавии. Около 862 года, как говорит летописец, племена, платившие дань варягам, изгнали последних за море.
При изображении нравов и обычаев славян, замечено уже было, что родовой быт условливал между ними вражду, на что указывает летописец: “как скоро, говорит он, племена начали владеть сами собою, то не стало у них правды, то есть беспристрастного решения споров, не было у них устава, который бы все согласились исполнять, не было власти, которая принудила бы ослушников к исполнению принятого устава”.
Итак, русская история открывается тем явлением, что несколько племен, не видя возможности выхода из родового, особого быта, призывают князя из чуждого рода, призывают единую общую власть, которая соединяет роды в одно целое, сосредотачивает силы северных племен, используется этими силами для сосредоточения остальных племен Средней и Южной России. До нашего начального летописца дошло очень мало преданий о княжении Рюрика. Он знает только, что по прошествии двух лет от призвания младшие братья – Синеус и Трувор умерли, и всю власть принял один старший Рюрик; эта власть простиралась уже на кривичей Западно-двинских, то есть полочан на юге на мерю и мурому на Северо-Востоке.
В этой главе я постарался собрать одни из оставшихся моментов начала Русской истории. Безусловно, события предшествовавшие периоду Христианизации имеют большое значение для раскрытия его сути.



1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Loading...


История православной церкви в России