Образы “футлярных” людей в рассказах А. П. Чехова


А. П. Чехов остался в русской литературе как непревзойденный стилист, мастер художественного слова. Он поднял на недосягаемую высоту жанр рассказа-новеллы.
Тему обывательской среды, мещанского уклада жизни, мира бездуховности, которая поглощает человека всецело, Чехов разрабатывал на протяжении всего творчества. Но кроме этого, в рассказах “Ионыч”, “Человек в футляре”, “Дама с собачкой”, “Смерть чиновника” писатель раскрывает образы “футлярных” людей.
“Футлярная жизнь” – что это такое? Никогда раньше, до Чехова, мы не слышали такого определения жизненной позиции. Буквально это выражение означает помещение внутреннего, а зачастую и внешнего мира человека в некий “футляр”, внутрь которого не проникает свежий воздух в виде мыслей, новшеств, общения с другими людьми. Антон Павлович увидел пример такого существования в обществе, увидел и решил показать это нам, чтобы мы не совершали тех же ошибок, что и герои его рассказов.
Типичную картину обывательской жизни города мастер слова рисует в рассказе “Ионыч”. Всех приезжающих угнетала скука и однообразие обитателей губернского города. Самой интеллигентной и образованной была семья Туркиных. Старцев знакомится с укладом жизни этой семьи: хозяйка читала свой роман, хозяин травил анекдоты и повторял свои излюбленные шутки, а их дочь, Котик, играла

на фортепиано. Старцев поначалу ненавидит обывательщину. К семье Туркиных он тянулся потому, что там поклонялись искусству. Однако в действительности эти приятные и образованные люди оказываются мелкими, ограниченными, пошлыми. Любовь Старцева и Кити не получает развития. В этом рассказе Чехов пытается наметить те объективные причины, которые приводят превращение человека в образ человека в футляре. Все повествование разворачивается так, чтобы показать, как постепенно опустошается душа Старцева, превращающегося из интеллигента в обывателя и стяжателя. Герой изначально был способен на высокое чувство, мог говорить о свободе. Но постепенно пошлость заглушает в нем самом все человеческое.
По прошествии нескольких лет Ионыч еще больше ожирел. Пухлый и красный, он разъезжает на тройке, у него два дома в городе. “И когда ему… говорят про какой-нибудь дом, назначенный к торгам”, он идет через все комнаты, не обращая внимания на неодетых женщин и детей. Даже о Семье Туркиных, с которой у него связано единственное светлое чувство, он говорил: “Это вы про наших Туркиных? Это про тех, что дочка играет на фортепианах…”
“Эволюция” Ионыча примечательна: милый и приятный человек, ищущий интересного общества и способный на высокое чувство, превращается в мелкого обывателя. Его сравнение с языческим богом подчеркивает внутреннюю опустошенность, скудность его жизненных интересов.
Тема “футлярных людей” также находит выражение в трилогии: “Человек в футляре”, “Крыжовник”, “О любви”.
Началом трилогии служит история учителя Беликова, который смешон своим страхом перед жизнью, стремлением спрятать в футляр и свои вещи, и себя самого. Мысли его также находили свое место в футляре: “Для него были ясны только циркуляры и газетные статьи, в которых запрещалось что-нибудь”. Болезненный страх отравляет не только самого Беликова, но и окружающих. Запуганное, дрожащее существо пятнадцать лет держит в своих руках гимназии, весь город. Беликов этого не понимает, он всего-навсего повторяет: “Как бы чего не вышло”, вздыхает, ноет, да еще ходит по учительским квартирам и как будто что-то высматривает. Посидит этак, молча час другой, и уйдет. Это называлось у него “поддерживать добрые отношения с товарищами”. Один вид Беликова, само его присутствие приводит людей в шок и трепет. Так, под влиянием “человека в футляре” плодится пособничество всему подлому, замирает все живое, доброе, честное: “Боится громко говорить, посылать письма, читать книги, боится помогать бедным, учить грамоте”.
Беликов умер единственно от страху перед жизнью, и хоронить его было “большим удовольствием”, как признается рассказчик этой истории учитель Буркин. Но смерть учителя греческого языка не могла избавить от “беликовщины”. Жизнь после его похорон осталась такой же, как была, – “не запрещено циркулярно, но и не разрешено вполне”.
Тем не менее, рассказ не оставляет чувство безнадежности. В нем изображены и силы, враждебные футлярности. Таков учитель Коваленко. Он откровенно поступает против такого положения вещей.
В рассказе “Крыжовник” повествуется о другом “футлярном” человеке – Николае Ивановиче. Он много лет выполнял скучную работу мелкого чиновника и мечтал есть “не купленный, а свой собственный крыжовник”. Женился он ради денег, загнал жену в могилу и ценой долгих лишений купил под старость имение. Он наслаждается собственным крыжовником, но разъелся, разжирел, “того и гляди хрюкнет в одеяло”.
О разбитом счастье, о том как погибла “тихая, грустная любовь и да и вся жизнь милого, интеллигентного человека”, говорится в рассказе “О любви”. Его вариантом футляра становятся хозяйственные заботы. Жизнь героя замкнута и теряет всякий смысл. В мире Беликовых нет простора для живых человеческих стремлений.
Быт, хозяйственные заботы, мещанство окружают человека повсюду, и лишь немногие способны свободно выражать свои мысли и чувства, а не погружать их и самого себя в футляр.
Чеховские рассказы поражают емкостью содержания, масштабами художественных обобщений, особым развитием идей, созданием образов “футлярного” человека. Эти образы стали наилучшим выражением обывателя в русской литературе рубежа веков.



1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Loading...


Образы “футлярных” людей в рассказах А. П. Чехова