Роль фантастики и гротеска в повести Кафки “Превращение”

Франц Кафка (1883-1924) пришел в немецкоязычную литературу в начале второго десятилетия XX в. Он входил в нее, можно сказать, неохотно, во всяком случае – негромко, без всяких претензий. Опубликовал он при жизни очень немного, а три своих романа – по сути, все три неоконченных,- он не только не стал публиковать, но и просил своего друга, писателя Макса Брода, сжечь вместе с другими оставшимися после него рукописями – набросками рассказов, дневниками.
Он видел смысл своей собственной жизни только в творчестве, только в занятиях литературой, но он явно не считал свои произведения представляющими интерес для других. Экспрессионисты откричали свое – и остались в основном только в истории литературы, а тихий Кафка оказался одним из самых знаменитых прозаиков этого века, одним из самых признанных литературных новаторов. Как и экспрессионисты, Кафка в своем творчестве разрушал традиционные представления и структуры. Новелла “Превращение” (1915) ошеломляет читателя не со временем, а с первой же фразы: “Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое”.
Самый факт превращения человека в насекомое, так попросту, в классической повествовательной манере сообщаемый в начале рассказа, конечно, способен вызвать у читателя чувство эстетического шока; и дело здесь

не столько в неправдоподобии ситуации, сколько, конечно, в том чувстве почти физического отвращения, которое вызывает у нас представление о насекомом человеческих размеров. Будучи как литературный прием вполне законным, фантастический образ Кафки тем не менее кажется вызывающим именно в силу своей демонстративной “неэстетичности”. Однако представим себе на минуту, что такое превращение все-таки случилось; попробуем примириться на время чтения рассказа с этой мыслью, забыть реальный образ гиганта-насекомого, и тогда изображенное Кафкой предстанет странным образом вполне правдоподобным, даже обыденным.
Дело в том, что в рассказе Кафки не оказывается ничего исключительного, кроме самого начального факта. Суховатым лаконичным языком повествует Кафка о вполне понятных житейских неудобствах, начавшихся для героя и для его семейства с момента превращения Грегора,- настолько сухо и лаконично, по-обыденному, что затем уже как бы непроизвольно забываешь о невероятности факта, легшего в основу истории. Еврей по национальности, Кафка родился и всю жизнь прожил в Праге, а Чехия входила тогда в состав Австро-Венгерской империи.
В семье Кафки говорили по-немецки (мать говорила и по-чешски). Отметим, прежде всего, это специфическое положение между национальностями – немецкой, еврейской, чешской, австрийской; оно способствовало формированию ощущения неукорененности, промежуточного существования. Кафка был человеком чрезвычайно легко ранимым, и потому перед внешним миром он испытывал постоянный, непрекращающийся страх. Эта беззащитность перед внешней стороной жизни, это неумение к ней приспособиться, естественно в нее влиться доставляли Кафке непрекращающиеся мучения. они порождали в нем глубокое чувство вины перед жизнью и перед людьми. Он глубоко страдал от необходимости ежедневно служить в своей конторе, ему хотелось бы тихо заниматься писательством, чтобы никто не мешал, никто на него не притязал.
Но он не мог себе позволить этого материально и его мучили и моральные соображения. Он постоянно ощущал свою вину перед семьей – перед отцом, прежде всего; ему казалось, что он не соответствует тем надеждам, которые отец, владелец небольшой торговой фирмы, возлагал на него, желая видеть сына преуспевающим юристом и достойным продолжателем семейного торгового дела. “Превращение” – грандиозная метафора этого комплекса. Грегор-жалкое бесполезно разросшееся насекомое, позор и мука для семьи, которая не знает, что с ним делать. Этот комплекс усиливается у Кафки и его отношениями с женщинами. Он не мог связать свою судьбу ни с одной из них – хотя они его искренне любили и жалели.
Кафка вроде бы и мечтал “основать семью”, иметь детей, стать приличным и “нормальным” “членом общества”. Во всяком случае, он постоянно пишет об этом в своих дневниках и письмах, но страх пересиливал. Кафка – это натура, очень болезненно переживающая свою неспособность наладить контакт с окружающим миром. Потому-то проблематика всех его главных произведений вращается вокруг юридических комплексов – вины, оправдания, наказания,- но, конечно же, в юридическом обличье здесь предстают проблемы нравственные.


1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Loading...
Роль фантастики и гротеска в повести Кафки “Превращение”