Специфика интерпретации образа Дон Жуана у Мольера


Комедия “Дон Жуан, или каменный гость” была написана и поставлена Мольером (кстати, сам он выступил в ней в роли Сганареля) в 1665 году, очень быстро, в первую очередь для того, чтобы поправить дела своего театра после запрещения постановки “Тартюфа”. Часто говорят, что из-за спешки в комедии много несогласованностей и недоработок. Возможно, некоторые технические недостатки действительно существуют, но никак нельзя отнести это к образу главного героя. Непростой и весьма противоречивый образ Дон Жуана обладает законченностью и внутренней логикой.
Мольер сохранил в своем герое многие традиционные черты. Его Дон Жуан – развратник, стремящийся овладеть каждой красивой женщиной, которую встречает на своем пути. Он обладает красотой и изящными манерами, но при этом лишен каких бы то ни было моральных принципов.
Но вместе с тем герой Мольера обладает и многими совершенно особенными чертами, выделяющими его из многовековой вереницы Дон Жуанов.
Отрицательные черты героя. Дон Жуан – несомненно, отрицательный герой. Таким он представал всегда, таким в первую очередь сделал его и Мольер.
Практически в самом начале пьесы Сганарель отзывается о своем хозяине следующим образом: “…мой господин Дон Жуан – величайший из всех злодеев, каких когда-либо носила земля, чудовище, собака, дьявол, турок, еретик, который не верит ни в

небо, ни в святых, ни в бога, ни в черта, который живет, как гнусный скот, как эпикурейская свинья, как настоящий Сарданапал, не желающий слушать христианские поучения и считающий вздором все то, во что верим мы” (I, 1).
Действительно, все последующие действия главного героя только подтверждают такую характеристику. Он полностью лишен каких-то внутренних моральных принципов. Дон Жуану ничего не стоило соблазнить и похитить из монастыря донью Эльвиру, обвенчаться с ней, а затем почти сразу же бросить. Он совершенно не скрывает причин, побудивших его на такой поступок: женщина надоела ему, как надоедали и сотни других. “У меня есть глаза для того, чтобы оценить прелести всех женщин, и каждой из них я приношу дань, налагаемую на нас природой”, – признается он Сганарелю (I, 2).
Совесть не пробуждается в Дон Жуане даже после того, как Эльвира, смирив в себе страсть и решив вернуться в монастырь, приходит к нему и молит лишь об одном – раскаяться и спасти свою душу, положить конец беспутной жизни. “А знаешь ли, я опять что-то почувствовал к ней, в этом необычном ее виде я нашел особую прелесть: небрежность в уборе, томный взгляд, слезы – все это пробудило во мне остатки угасшего огня”, – вот все, что может сказать Дон Жуан после ее искренних слов, вызвавших слезы у Сганареля.
Дон Жуан лишен и чувства благодарности: крестьянину, спасшему его жизнь, он платит тем, что пытается увести у него невесту. Нет в главном герое и уважения к старшим, в первую очередь, к собственному отцу. Когда Дон Луис пытается вразумить сына, напоминая о его благородном происхождении, о дворянской чести, Дон Жуан не слушает его, а вслед бросает “Ах, да умирайте вы поскорее – это лучшее, что вы можете сделать!” (IV, 7). Впрочем, как только он попадает в сложное положение, резко меняется его манера разговаривать с отцом: Дон Жуан изображает раскаяние и сыновью почтительность (V, 1).
Отношение к религии
Отдельно стоит сказать об отношении Дон Жуана к религии. С одной стороны, в безбожии героя можно увидеть лишь продолжение традиции: ведь Дон Жуан всегда погибал именно за свою беспутную жизнь и презрение к божественным заветам. Но у Мольера делается гораздо больший акцент на этой теме, ведь не случайно постановка пьесы вызвала резкий протест со стороны церкви (комедия прошла 15 раз и была запрещена, а издана уже после смерти драматурга).
На первый взгляд может показаться, что Мольер обличает безбожие Дон Жуана, в первую очередь – устами Сганареля. Этому же способствует эпизод с нищим (III, 2), который отказывается богохульствовать за деньги. Да и в конце, как и положено, Дон Жуана поражает молния.
Но в то же время существует точка зрения, что Мольер не отрицает, а, напротив, косвенным образом реабилитирует атеизм, делая в этом плане главного героя проводником своих собственных взглядов. Не случайно, антагонист Дон Жуана Сганарель – наивен и глуп. Он защищает религию, но не может привести более весомых аргументов, чем “не мог же мир, как гриб, вырасти сам в одну ночь”. Дон Жуан же весьма последовательно защищает свою позицию, согласно которой он верит лишь в то, что “дважды два – четыре”. “Для Дон Жуана отрицание бога – не дерзкий вызов небу, брошенный легкомысленным жуиром, – писал известный литературовед Г. Бояджиев, – а окончательный вывод давнишней и трезвой мысли философа. Такое понимание образа мольеровского Дон Жуана удивительно точно и глубоко” .
А. А. Смирнов обращает также внимание на то, что традиционный финал с гибелью Дон Жуана сокращен “до комически крошечных размеров”, а заключительный возглас Сганареля: “Мое жалованье! ” – окончательно снижает его до бутафории.
Впрочем, антирелигиозный элемент в пьесе вовсе не значит, что нужно отождествлять безбожника Дон Жуана с автором. Ведь “доктрина может быть хорошей, а применение ее – плохим”. Возможно, образ Дон Жуана – своеобразный ответ нападкам на “Тартюфа”, где истинный подлец лицемерно прикрывается маской святоши.
Положительные черты. Вопрос религии в пьесе неоднозначен, но настолько же неоднозначен и образ самого Дон Жуана. Помимо уже перечисленных отрицательных черт, он не лишен и вполне положительных качеств. Он красив, умен, галантен, храбр, способен на благородные поступки. Так, очень показателен эпизод со спасением Дона Карлоса (III, 4). “Но что я вижу! На одного напали трое! Силы слишком неравные, я такой низости не потерплю”, – восклицает Дон Жуан и бросается на помощь совершенно незнакомому человеку, не задумываясь рискует собственной жизнью. Также немалую храбрость Дон Жуан демонстрирует в эпизодах со статуей и в момент своей гибели, ни разу не проявляя страха перед Командором.
В спорах со Сганарелем герой Мольера проявляет способность аргументированно отстаивать свою (хотя и противоречащую общепринятой морали) точку зрения, в разговоре с Диманшем – находчивость и изворотливость. Он галантно держится с дамами, даже с оскорбленной Эльвирой, пытаясь доказать последней, что оставил ее исключительно из благих побуждений. Одним словом, Дон Жуан Мольера – “настоящий, утонченный вельможа” . Его внешняя красота и изящество составляют резкий контраст с истинной сутью его поступков.
Неоднозначность и современность образа. Таким образом, несложно понять, что образ Дон Жуана весьма противоречив. Это объясняется тем, что Мольер, вопреки канонам классицизма, создал объективный образ вместо исключительно отрицательного, каким он был раньше. Дон Жуан Мольера – не абстрактный грешник, а человек со своими взглядами, несомненными недостатками, но и определенными достоинствами. Что особенно важно – это человек мольеровского времени, воплощение не безнравственности вообще, а пороков, которые Мольер видел у своих современников. Его Дон Жуан – “обычный светский человек, а события с ним происходящие обусловлены и свойствами его натуры, и бытовыми традициями, и социальными отношениями” .
В частности, герой Мольера, как и многие светские щеголи того времени, живет в долг, занимая деньги у презираемого буржуа Диманша, которого, кстати говоря, он ловко выпроваживает за дверь, так и не уплатив долга (IV, 3).
Его отрицание религии и Бога – в значительной мере отражение общих тенденций в дворянстве XVII века. “…Бывают на свете такие наглецы, которые распутничают неизвестно для чего и строят из себя вольнодумцев, потому что полагают, будто это им к лицу”, – говорит Сганарель, пытаясь сделать вид, будто говорит вовсе не о своем хозяине (I, 2). Эта характеристика, несомненно, взята Мольером из жизни.
В пьесе проявляются и классовые отношения того времени. Постоянно подчеркивается, что Дон Жуан – дворянин. В сцене спасения им Дона Карлоса оба ведут себя, согласно неписаным правилам дворянской чести: Дон Жуан спасает незнакомого человека, рискуя жизнью, а Дон Карлос, узнав, кто перед ним, благородно отпускает своего заклятого врага. Этот эпизод составляет резкий контраст с тем моментом, когда Дон Жуан не проявляет ни малейшего уважения к спасшему его крестьянину Пьеро. Взамен благодарности он пытается увести его невесту и затем дерется с ним.
Известный французский литератор XIX века Сент-Бев писал: “Любить Мольера – значит прежде всего ненавидеть то, что не соответствовало его светлой природе, что ему было противно в его время и было бы невыносимо и в наше “. В “Дон Жуане” драматург правдиво отразил те пороки, которые он осуждал в молодых дворянах своего времени, хотя, конечно, в преувеличенном виде, ведь их представителем является не просто герой, а один из наиболее известных образов мировой литературы.
Итак, Мольер, выбрав в качестве героя одной из своих самых знаменитых комедий легендарного героя-соблазнителя, создал совершенно новый образ.
Новаторство Мольера заключается в первую очередь в том, что он изобразил Дон Жуана как своего современника, со всеми характерными пороками молодого дворянина XVII века. “Гений художника – писал Г. Н. Бояджиев о Мольере – это способность глубоко, полно и художественно выразить характерные черты своего века”.
Уверенный в своем привилегированном положении, а вследствие этого – в безнаказанности, Дон Жуан соблазняет всех понравившихся женщин, губит чужие семьи, норовит развратить каждого, с кем имеет дело: от собственного слуги Сганареля до встречного нищего. Он полностью лишен моральных принципов, причем он осознает и даже бравирует этим, цинично рассуждая о женщинах, о своем отце и т. д. Герой Мольера лицемерен и, опять же, не считает это чем-то неправильным, ведь “в наше время лицемерие имеет громадные преимущества”. Как и многие молодые дворяне XVII века, Дон Жуан живет в долг, который он уже давно не платит и не собирается платить.
С другой стороны, герой не лишен и некоторых положительных черт. Он красноречив, смел, способен на благородные поступки и неглупые рассуждения. Впрочем, внешне соответствуя образу утонченного дворянина, он доказывает совершенно обратное своими поступками – не зря же в попытке усовестить сына Дон Лукас постоянно напоминает ему о дворянской чести.
“У всех предшественников Мольера (кроме Тирсо де Молины) Дон-Жуан – либо чудовище, либо карикатура, либо марионетка; – писал А. А. Смирнов, – у Мольера он – живой, гибкий, глубоко реалистичный образ” . Действительно, сохраняя все традиционные черты знаменитого героя, Мольер сумел создать разносторонний, выходящий за четкие рамки классицизма образ, которые отразил как общечеловеческие пороки, так и характерные черты дворянского общества XVII века.


1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Loading...
Специфика интерпретации образа Дон Жуана у Мольера