В начале скифской истории

Обстоятельства появления скифов в степях Северного Причерноморья не совсем ясны. Древние источники объясняют это событие по-разному. Геродот, посвятивший Скифии одну из девяти книг своей «Истории», преподавал такую ​​- на его взгляд, наиболее вероятной — версию (IV, II): прародина скифов находилась где-то к востоку от Киммерии, однако под давлением соседних кочевых племен — массагетов они покинули свои земли и отправились в поисках новой судьбы на запад. В конце концов их орды приблизились к киммерийских пастбищ. «При нашествии скифов киммерийцы, — пишет далее Геродот, — начали советоваться, поскольку войско наступало большое, и мысли их разделились… По мнению народа, надо было покинуть страну, а не подвергаться опасности, оставаясь один на один с многочисленными врагом. А по мнению царей, стоило биться за страну с захватчиками. И народ не хотел скрыться, и цари не хотели слушаться народа. Первые советовали уйти, отдав без боя страну тем, кто к ней ворвался. Цари же, вспомнив о том, сколько хорошего они здесь получили и сколько возможных несчастий постигнет их, изгнанников из отечества, решили умереть и почивать на своей земле, но не бежать вместе с народом. Когда же они приняли это решение, то поделились на две равные половины и начали драться друг с другом. И всех их, погибших от руки друг друга, народ киммерийцев похоронил у реки Тирас, и могилу их и теперь видно «.
События, описанные Геродотом в V в. до н. е., примерно можно датировать началом VII в. до н. е. К этому же времени относятся и ранние упоминания о скифах в письменных источниках, а именно в ассирийских клинописных документах 70-х годов VII в. до н. е.
Скифы в Передней Азии. На момент прихода скифов в Причерноморье ассирийский престол занимал царь Асархаддон (680- 669 pp. До н. Э.), Которому, так же как и почти всем его предшественникам, приходилось вести напряженную дипломатическую и вооруженную борьбу за сохранение ассирийской превосходства в Передней Азии. Вполне понятно, что появление на северных границах государства нового потенциального противника, быстрые отряды которого состояли из врожденных стрелков-лучников и непревзойденных конников, обеспокоила ассирийских властителей. Они начали искать пути к взаимопониманию с пришельцами. Сохранился письменный запрос Асархад-дона к оракулу бога Шамаша ли придерживаться своего слова Партатуа — царь «страны Ишкуза» (предводитель скифов), если возьмет в жены ассирийскую царевну. Неизвестно, были ли реализованы планы относительно этого династического брака, но, как свидетельствуют дальнейшие события, ассирийцы все же достигли какой-то договоренности с кочевниками.
Скифы помогли новому союзнику в его борьбе с восставшими в 673 г. до н. Э. е. Мидийского племенами (территория расселения последних прилегала к восточной границы Ассирии и входила в зону ее влияния). Еще более значительную роль этот союз сыграл несколько десятилетий назад, когда Мидия, уже достигнув независимости, двинула свои войска в Ассирию. Мидийцы осадили столицу ненавистного врага — Ниневии. На помощь осажденным пришло «огромное войско скифов, которое возглавлял царь скифов Мадий, сын Прототия» (Г е р о-д о т. И, 103). Большинство исследователей считает, что Прототий Геродота и Партатуа ассирийских источников — одно и то же лицо. В таком случае не исключено, что матерью Мадия могла быть дочь Асархаддона (вспомним его попытку решить династический брак).
Разбив персов, отряды скифов мощной волной затопили почти весь Древний Восток и остановились только на границах Египта. Так началось их более четвертьвековой властвования в Передней Азии, пришлось на вторую половину VII в. до н. е.
В решающей степени к этому, безусловно, привело вмешательство скифов в борьбу Ассирии с враждебными ей странами. Совпадение исторических обстоятельств выдвинул северных кочевников на роль третьей, к тому же решающей, силы в этом регионе. Однако через некоторое время ситуация изменилась. В 612 г. до н. Э. е. объединенные силы Мидии и Вавилонского царства получили Ниневии, за несколько лет окончательно погибла Ассирийская держава. Все это коренным образом изменило расстановку сил на политической арене Передней Азии, а вместе с тем разрушило и сами устои скифского господства. Но, несмотря на неблагоприятные для них события, скифы еще достаточно долго оставались здесь значительным военным фактором, о чем свидетельствует, например, их участие в войне между мидийским царем Киаксара и обладателем малоазийского царства Лидия Алиаттом (закончилась около 585 г. до н. Э. Е. ).
Свидетельство письменных источников по Ближнего эпопеи скифов, которая длилась около 100 лет, подтверждаются и археологическими данными. Речь идет прежде всего о характерных бронзовые наконечники стрел, найденные в различных пунктах Закавказья, Малой и Передней Азии. Конечно, эти находки не обязательно фиксируют непосредственное присутствие степняков в определенном месте, — ведь вместе с скифским луком этот тип стрел достаточно широко вошел в арсенал боевых средств местных народов (так, Геродот (I, 73) рассказывает, что именно скифы учили стрелять из лука сыновей Киаксара). Но в любом случае распространения упомянутых наконечников связано с походами северопричерноморских кочевников в Переднюю Азию и археологически отражает эти события. На Ближнем Востоке обнаружены несколько форм для отливки таких наконечников. Одна из них, происходит из иракского города Мосул (хранится в Британском музее в Лондоне), изготовленная из бронзы и предназначена для единовременной отливки трех изделий. Л. Ундервуд экспериментировал с этой формой и пришел к выводу: с помощью квалифицированных помощников он лично способен еженедельно производить до 10 тыс. Наконечников, а в древности несколько таких портативных «мастерских» могли бы полностью удовлетворить потребности пятитысячных отряда лучников.
Среди находок, связанных со скифами, не интересной является так называемый Саккизький сокровище, обнаруженный в Иранском Курдистане. Очевидно, этот комплекс представляет собой инвентарь разрушенного захоронения скифского вождя второй половины VII в. до н. е. Интересно: значительную часть клада составляют ювелирные изделия восточного типа. Ответ на вопрос: как они попали в руки степного правителя? — Находим у Геродота (I, 106): «В течение двадцати восьми лет скифы господствовали в | Передний] Азии и за это время они, полные наглости и презрения, все опустошили. Потому что, кроме того, что они с каждого стягивали дань, которую накладывали на всех, они еще, объезжая страну, грабили не все то, чем каждый владел «.
Скифы и Северный Кавказ. В период переднеазиатских походов основной территорией, где жили скифские племена, были степи Прикубанья и Северного Кавказа, соединенные удобными естественными коммуникациями — через восточное побережье Черного моря, центральнокавказьки перевалы, побережье Каспийского моря — с Закавказьем и Передней Азией. Именно здесь, в равнинных местностях современных Краснодарского и Ставропольского краев, Кабарды, Северной Осетии, Чечни и Ингушетии, открытая наибольшее количество известных на сегодня скифских погребальных памятников VII-VI вв. до н. е. Поэтому есть все основания локализовать в этом регионе древнейшее скифское объединение, известное в ассирийских источниках как «царство Ишкуза».
Богатая добыча, которая стекалась в кочевья «царства» из Передней Азии, постепенно оседала в подкурганных могилах кочевой знати. Самые известные из здешних скифских курганов — Келермеськи, Ульськи, Ставропольские — хранили под своими насыпями прекрасные образцы ювелирного искусства, огромное количество предметов вооружения, разнообразная посуда и тому подобное. Вот лишь один пример.
Зимой 1903-1904 pp. горный техник Д. Г. Шульц, совсем не имея археологического опыта, по грабительскому раскопал в окрестностях станицы Келермеськои (близ Майкопа) четыре кургана. Из них происходят «золотая пантера» (украшение щита), золотые чаши, диадемы, меч в золотых ножнах, украшенных изображениями фантастических зверей, ценные детали ассирийских тронов, а также немало других интересных находок. Показательно: среди вещей Келермеса, кроме несомненной военной добычи (украшения тронов), много золотых предметов, выполненных в соответствии с предпочтений скифов, но мастерами, которые явно не до конца понимали художественные каноны общества, из которого происходили заказчики. Не исключено, что эти предметы изготавливались в царских мастерских злотоковалямы, захваченными скифами в плен в южных странах и выведенными в далекие степи.
В 1904 к Келермеса выехал известный археолог М. И. Веселовский, который исследовал здесь два кургана. Они были ограблены еще в древности, но важнее то, что ученый выяснил конструкцию ру — лермеських захоронений. Они осуществлялись в больших пидквадратних в плане ямах (8,5 X 8,5 и 10,7 XX 10,7 м), по краям которых заключали забитых лошадей с пышно украшенными уздечками. Вообще лошади — главное богатство и предмет гордости кочевника — присутствуют почти во всех состоятельных скифских могилах «царства Ишкуза», однако абсолютным «рекордсменом» в этом отношении является курган № 1 вблизи Ульського аула (теперь — аул В ляп Адыгейской АО). В 1898 Веселовский раскрыл в нем скелеты более 400 лошадей; 360 лежали у деревянных коновязи, пятидесятые насыпи на специальной площадке.
Эти и подобные им памятники дают яркое представление об одном из самых высоких пиков в развитии скифских племен, во времени совпадал с периодом переднеазиатских походов, а территориально был связан со степными районами между Кубанью на западе и современным Дагестаном на востоке.
Однако после завершения пребывания скифов в Передней Азии центр их жизнедеятельности постепенно смещается в северопричерноморские степи. По Гсродотом (IV, /), на пути к Северного Причерноморья скифов «ждало бедствие, не менее, чем война с мидянами. Ведь женщины скифов вследствие долгого отсутствия мужчин вступили в связь с рабами… От этих-то рабов и женщин скифов выросло молодое поколение. Узнав о своем происхождении, юноши начали противиться скифам, когда те вернулись с Мидии «. Конечно, полулегендарный, фольклорный характер этого рассказа не позволяет воспринимать ее как конкретное историческое свидетельство, однако нет никакого сомнения: Геродот опирался на устные предания, в трансформированном виде отражали какие-то реальные события, связанные с окончательным утверждением скифов на степных просторах Северного Причерноморье я. Для реконструкции этих событий ознакомимся подробнее с ситуацией, которая складывалась на запад от «царства Ишкуза» накануне и в период оформления Северо-причерноморской Скифии.