Валентин Григорьевич Распутин

Родился в поселке Усть-Уда Иркутской области; детство провел в деревне Аталанка. Закончив местную начальную школу, вынужден был один уехать за пятьдесят километров от дома, где находилась школа средняя (об этом периоде впоследствии будет создан знаменитый рассказ “Уроки французского” – 1972). Затем закончил историко-филологическое отделение Иркутского университета, после чего работал журналистом.
Дебютировал в качестве рассказчика (первые сборники “Край возле самого неба” и “Костровые новых городов” вышли в 1966 году).

Первым произведением, принесшим ему известность, стала повесть “Деньги для Марии” (1967). Это история о том, как у деревенской продавщицы, исключительно по ее торговой неопытности, обнаруживается крупная недостача, которую необходимо срочно возместить за три дня (иначе – тюрьма). В. Солоухин однажды в связи с этим сюжетом вспоминал эпизод из некрасовской поэмы “Кому на Руси жить хорошо”, где старому солдату, чтобы он смог поехать в Питер хлопотать о своем “пенционе” – “Все дали: по копеечке, По грошу, на тарелочках Рублишко набрался…” Так некогда поступали “всем миром” – теперь же,
сто лет спустя, картина уже иная: большинство жителей уклоняются от помощи своей попавшей в беду односельчанке, несмотря на вроде бы сочувственное к ней отношение…
Человек на границе жизни и смерти – тема, особенно занимающая Распутина. Две героини его повестей – старые Анна из “Последнего срока” (1970) и Дарья из “Прощания с Матерой” (1976) – готовятся встретить свою смерть спокойно, достойно, с осознанием выполненного земного долга. Обе не просто не боятся – торопят ее, ибо уверены, что жизнь человека имеет смысл только тогда, когда он живет ради дела, ради близких; осознавать себя существами бесполезными для них – мука.
Между этими произведениями, в 1974 году, Распутиным была создана повесть “Живи и помни” – едва ли не самая знаменитая, принесшая Государственную премию СССР, многократно переизданная и переведенная на многие языки. Сюжет о дезертире, сбежавшем во время войны из госпиталя и вынужденном скрываться возле своей деревни, был необычен для советской литературы, где такого персонажа полагалось бы “с порога” заклеймить презрением и ненавистью, тогда как автор пытался понять этого человека и даже проявить к нему сочувствие. Однако на первый план вышел образ его жены Настены – женщины жертвенной, чистой, совестливой, которая, разрываясь между любовью и долгом, всепрощением и осознанием вины своего мужа, кончает с собой – хотя, по словам самого автора, он по логике вещей “…надеялся, что как раз… покончит с собой Андрей Гуськов, муж Настены”.
Еще одна известная повесть – “Пожар” (1985) рассказывает о происшествии в “поселке бивуачного типа”, каковых предостаточно в нашей стране. Большая часть обитателей этого поселка – люди “перекати-поле”, разрушители-“архаровцы”, лишенные укорененности и созидательного начала. Это они не пытаются тушить возникший пожар, а лишь радуются возможности под шумок растащить все, что попадает под руку. Многими впоследствии “Пожар” воспринимался как пророчество писателя о грядущих событиях, произошедших в стране (от Чернобыля, случившегося год спустя, до перестроечных процессов, завершившихся распадом существовавшего государства).
Как и Евгений Носов, Распутин работает в немногих жанрах.
..” (1988-1991), посвященных истории, этнографии, современному состоянию этого грандиозного российского края.
Особенность художественного мира писателя критик И. Дедков определил так: “В героях Распутина и в нем самом есть поэтическое чувство жизни, противостоящее низменному, натуральному ее восприятию и изображению”.
Последние рассказы Распутина – “Новая профессия” (1998), “Изба” (1999), – как и его публицистические выступления, вызывают неоднозначную реакцию критиков. Один из таковых заявил следующее: “Говорить о Распутине теперешнем – значит его обижать, но обижать Распутина теперешнего – значит обижать себя тогдашнего, с нетерпением ждавшего каждой новой повести… а вдруг и тогда все мы обольщались, идеализировали, прощали все за сам симпатичный порыв к правде, за стремление напомнить – на фоне плоского официального оптимизма – о возможности высокого, то есть трагического отношения к жизни?” (А. Агеев). Однако, как представляется, большинство серьезных читателей скорее бы подписались под словами другого критика: “…в нынешней литературе есть имена несомненные, без которых представить ее уже не сможем ни мы, ни потомки. Одно из таких имен – Валентин Григорьевич Распутин” (И. Панкеев).



1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Loading...


Валентин Григорьевич Распутин