Значение образа шинели в одноименной повести Н. В. Гоголя


В “Шинели” развернулся общественно-нравственный мотив других, более ранних повестей Гоголя. Он заключается в мысли о богатствах человеческого духа, не уничтоженных, а лишь глубоко спрятавшихся в самой глубине существования людишек, искаженных дурным обществом. Гоголь руководствовался мыслью о том, что эти ценности духа, забитые пошлостью, могут, а следовательно, и должны воскреснуть и расцвести, пусть в каких-то неопределенных обстоятельствах. Эта тема в “Шинели” выразилась особенно остро.
Основным образом повести Н. В. Гоголя является фигура униженного, обделенного радостями жизни Акакия Акакиевича Башмачкина. В раскрытии характера этого героя важную функцию выполняет образ шинели. Шинель – это не просто предмет. Это цель, ради которой Башмачкин готов на самоограничение, на урезание средств, и без того очень ограниченных. И получение от Петровича новой шинели – праздник для него, “торжественнейший день”.
Покупку шинели предваряет описание жизни Акакия Акакиевича. Здесь показана трагедия “маленького человека” в условиях большого города. В повести изображена его борьба за существование, лишения, невозможность удовлетворить потребности жизни, в число которых входит приобретение новой шинели. Рутинная работа Башмачкина в департаменте не может обеспечить самого малого и необходимого. Поэтому шинель олицетворяет

для этого героя то, к чему он стремится. Но, кроме того, она показывает, как немного надо этому человеку.
Гоголь изображает в своей повести, как самая скромная, самая ничтожная улыбка судьбы приводит к тому, что в полуживом Акакии Акакиевиче начинает шевелиться и пробуждаться человеческое. У него еще нет шинели, а есть только мечта о ней. Но в Башмачкине уже что-то изменилось, потому что перед ним, впереди, какое-то событие. Притом, это событие, несущее радость. В кои то веки что-то происходит для него, тогда как годами этот герой существовал не для себя, а для лишенного смысла труда, поглощавшего его бытие. Ради шинели Башмачкин идет на жертвы. Акакию Акакиевичу не так трудно их нести, потому что он “питался духовно, нося в мыслях своих вечную идею будущей шинели”. Очень любопытно, что у этого героя обнаруживается идея, да еще и вечная! Гоголь замечает: “С этих пор как будто бы он женился…”. И далее автор описывает состояние Башмачкина: “Он сделался как-то живее, даже тверже характером… С лица и с поступков его исчезло само собою сомнение, нерешительность… Огонь порою показывался в глазах его, в голове даже мелькали самые дерзкие и отважные мысли: не положить ли, точно, куницу на воротник”.
Смелость мысли обновляющегося Акакия Акакиевича не идет далее куницы на воротник; но это не вызывает смех. Куница недоступна средствам Акакия Акакиевича; мечтать о ней – это значит мечтать о чем-то свойственном “значительным лицам”, с которыми ранее Акакию Акакиевичу и в голову не приходило равнять себя. Но обращает на себя внимание совсем другое. Всего лишь мечты о несчастной шинелишке на коленкоровой подкладке так разительно изменили Акакия Акакиевича. Что же было бы с ним и со всеми забитыми, униженными и опустошенными, если бы им дали существование, достойное человека, дали цель, размах, мечту?
Наконец шинель готова, и Акакий Акакиевич шагнул еще на шаг вперед по пути воскресения в нем человека. Пусть “куницы не купил, потому что была точно дорога, а вместо ее выбрали кошку лучшую, какая только нашлась в лавке”. Все же событие совершилось. И в Акакии Акакиевиче мы видим опять новое: он “даже засмеялся”, сравнивая старый капот с новой шинелью, “пообедал он весело и после обеда уж ничего не писал, никаких бумаг, а так немножко посибаритствовал на постели”. И эмоции, и веселье, и сибаритство, и жизнь без писанья бумаг – всего этого не было ранее у Акакия Акакиевича. В душе этого героя зашевелились даже кое-какие игривые идеи: по дороге в гости он увидел в окне магазина игривую картину, “покачнул головой и усмехнулся”. А на обратном пути, выпив в гостях шампанского, Акакий Акакиевич “даже подбежал было вдруг, неизвестно почему, за какою-то дамою, которая, как молния, прошла мимо и у которой всякая часть тела была исполнена необыкновенного движения”.
Конечно, Акакий Акакиевич остается при всем этом Акакием Акакиевичем, и вспышки чего-то нового глохнут в нем. Но они есть, и именно они приведут к развязке повести. Переломный момент мы видим тогда, когда Акакий Акакиевич ограблен, унижен, уничтожен. Более того, он – на краю гроба, в бреду. И вот тут-то оказывается, что в этом героишке таились действительно неожиданные вещи. Он знает, кто его убийца, и от его робкой покорности мало что осталось. Смерть освобождает в Башмачкине человека.
Акакий Акакиевич, всю жизнь испытавший страх и умерший более всего от страха, внушенного ему значительным лицом, теперь, после смерти, сам стал внушать страх другим. Он пугает множество людей, в том числе и носителей шинелей на бобрах, енотовых и медвежьих шуб, то есть именно значительных лиц. Все возмущение этого героя против той жизни, которой он жил, проявилось после его смерти. И ключевым здесь является образ шинели, приобретение которой позволило увидеть в Башмачкине человеческое начало. Шинель явилась поводом к тому, чтобы проявился весь протест маленького человека против существующего порядка жизни. Можно сказать, что в повести есть жизнь до покупки шинели и после нее. В повести шинель имеет огромное значение. Она олицетворяет, с одной стороны, предмет материально необходимый и, с другой, предмет, позволяющий возродить к жизни убитого действительностью человека.


1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Loading...
Значение образа шинели в одноименной повести Н. В. Гоголя