Главный композиционный прием “Отцов и детей”


Главный композиционный прием “Отцов и детей” – антитеза, противопоставление. Тургенев так строит роман, что две борющиеся силы все время находятся в центре внимания читателя. Особое место при этом отведено Базарову: в романе 28 глаз, и только в двух из них не появляется Базаров. Умирает Базаров – кончается роман, и Тургенев, в коротком послесловии бегло досказывая дальнейшую судьбу остальных героев, последние, глубоко прочувствованные строки посвящает Базарову.
Идейное лицо героев тургеневских романов отчетливее всего выступает в спорах. Спорами переполнены романы Тургенева. И это отнюдь не случайно. Рудины и Лаврецкие – люди 40х годов, герои первых романов Тургенева – выросли в духовной атмосфере московских кружков, где велась непрестанная борьба мнений и где идейный спорщик был типичной, исторически-характерной фигурой. С еще большим ожесточением отражая; классовые противоречия и разногласия, переходя в резкую журнальную полемику, велись идейные споры в 60е годы. В “Отцах и детях” они отражены спорами, “схватками” между Кирсановыми и Базаровым. Важнейшее значение в романе поэтому приобретает диалог и спор.
Старая, уходящая Русь не сдается без боя, новая, молодая Россия не только не уклоняется от него, но неизменно выходиг победителем из столкновений. “Базаров, по-моему, постоянно разбивает Павла Петровича,

а не наоборот”,- писал Тургенев одному из своих знакомых, и в этих словах писателя выразилось его понимание духовного превосходства демократии над барством.
Тургенев – великолепный мастер речевых характеристик. Его герои говорят так, что словами передаются не только их мысли, но и характеры, привычки, неповторимое человеческое своеобразие.
Сурова и проста, как и сам герой, речь Базарова. От нее веет большой сдержанной силой, прямотой, чувством человеческого достоинства, верой в себя и в свое дело. Выше уже говорилось о том, что основой речи “плебея” Базарова является язык народа. Базаров не только постоянно пользуется пословицами и поговорками: он, враг манерной, утонченной речи, охотно пользуется просторечными, подчас грубоватыми словами и выражениями: пора бросить эту ерунду; слыхали мы эту песню; врал, должно быть; черт меня дернул; ан нет; тоска одолеет; рассиропился, белиберда, плюхнуть и т. д.
В противоположность Базарову, Павел Петрович говорит с подчеркнутой, “изысканною учтивостью”: “Вы изволите выражаться”, “я имею честь предложить вам”, “чувствительно вам обязан”,, “засим, милостивый государь, мне остается только благодарить вас и возвратить вас вашим занятиям. Честь имею кланяться”.
Эпизодические персонажи часто обрисованы у Тургенева при помощи выразительной речевой детали. Так, “цивилизованный” лакеи Петр, который “совсем окоченел от глупости и важности”, произносит все: тюпюрь, сварливая, злая тетка Одинцовой, “княжеское отродье”, по меткому определению’ Базарова, произносит только одну фразу: “А что пишет кнесь Иван?” – и в этих нескольких словах угадывается ее старомодная спесивость.
Портреты героев помогают понять их духовную сущность. Особенно наглядно это видно на контрастных портретах Базарова и Павла Петровича. Если лицо Базарова, его “красные
Обнаженные” руки, “балахон с кистями”, вся его “одежонка” рисуют портрет челозека, близкого народу, то “изящный и породистый” “облик” Павла Петровича, его красивые белые руки “с длинными розовыми ногтями” (“ногти, хоть на выставку посылай!”^насмешливо замечает Базаров Аркадию), “душистые усы”, “английский сьют, модный низенький галстук”, “удивительные воротнички” и то, что Базаровым Павел Петрович только “слегка наклонил свой гибкий стан… но руки не подал и даже положил ее обратно в карман”,- создают образ холеного и надменного аристократа.
Один из лучших пейзажистов в мировой литературе, Тургенев запечатлел в своих рассказах, повестях и романах мир русской природы. Его пейзажи отличаются безыскусственной красотой, жизненностью, поражают удивительной поэтической. зоркостью и наблюдательностью.
Как и во всех произведениях Тургенева, пейзаж в “Отцах и детях” приобретает важное значение. Так, начальный пейзаж романа (глава III), изображающий бедность, нищету, (“Речки с обрытыми берегами, и крошечные пруды с худыми плотинами, и деревеньки с низкими избенками под темными, часто до половины разметанными крышами; и покривившиеся молотильные сарайчики… и церкви… с обвалившеюся кое-где. штукатуркою… и разоренными кладбищами…”), как бы подводит к мысли о необходимости уничтожения тех порядков, которыми порождена эта бедность и запустение. И в той же главе картина весеннего пробуждения природы вносит в роман светлую, бодрую ноту надежды на то, что час обновления родины не за горами.
Нелепость, вздорность затеянной Павлом Петровичем дуэли с Базаровым оттеняется описанием “славного, свежего” утра (глава XXIV),: росы, которая “блистала серебром на паутинках”, неба, с которого “сыпались песни жаворонков”, фигурой крестьянина, гнавшего “двух спутанных лошадей”. (“Вот этот тоже рано встал,- подумал Базаров,- да, по крайней мере, за делом; а мы?”)
Пейзажем главы XI (описание летнего вечера) Тургенев показывает, как глубоко и сильно действует природа на человека, являясь источником его настроений, чувств, мыслей. Картина вечереющего дня настраивает Николая Петровича на мечтательный лад, будит в нем грустные воспоминания и дает опору той мысли, что (вопреки мнению Базарова: “И природа пустяки”) “молено сочувствовать природе”, наслаждаться ее неумирающей красотой.



1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Loading...


Главный композиционный прием “Отцов и детей”