Комментарии к стихотворениям и поэмам Марии Цветаевой. Часть 5. – художественный анализ


“Тише, хвала! “.-Написано во Франции, куда Цветаева переехала 1 ноября 1925 г. Только первую зиму она жила в Париже, где ее с семьей приютили русские друзья; остальные годы – в его пригородах: Бельвю, Медоне, Кламаре, Ванве – в постоянной и острой нужде, в неизбывной “борьбе” с бытом. За почти четырнадцать лет жизни’ во Франции она не полюбила французов, не находила в людях сердечности, всегда ощущала их недоброжелательство. Да и с русскими было не лучше. “Здесь много людей, лиц, встреч, но все на поверхности, не затрагивая”,- признается она в 1926 г. (Данный материал поможет грамотно написать и по теме Комментарии к стихотворениям и поэмам Марии Цветаевой. Часть 5.. Краткое содержание не дает понять весь смысл произведения, поэтому этот материал будет полезен для глубокого осмысления творчества писателей и поэтов, а так же их романов, повестей, рассказов, пьес, стихотворений.) Через семь лет – то же самое: “Во Франции мне так плохо, одиноко, чуждо, настоящих друзей – нет. Во Франции мне не повезло” (“Письма к Тесковой”, с. 38, 109). Стихов за период 1926-1939 гг., по сравнению с предыдущими годами, написано мало: Цветаева была занята крупными произведениями, а ‘в 30-е годы – почти целиком – прозой.
Стихотворение “Тише, хвала! ” написано во время жизни в Париже на рю Рувэ 8, где Цветаева с мужем и двумя детьми была втиснута

в одну комнату, всегда была на “людях” и не имела своего угла для работы.
(“П амяти Сергея Есенина”).- ТС, с. 260. В беловой
Тетради рядом с этим четверостишием – помета: “Строки из несбывшейся поэмы”; здесь же – отдельные строки и двустишия на ту же тему.
Разговор с Гением.- Гений, в понимании Цветаевой,- мужское воплощение музы, поэтическое вдохновение, гений “б древнем смысле”: тот, кто “бдит над поэтом”.
Наяд а.- Вечный третий в любви.- (“Это – припев. Началось с купального костюма: третьего в любви с морем,- писала Цветаева С. Н. Андрониковой-Гальперн 19 марта 1930 г.- Оцените, Саломея, тему: море, купанье. Хороша – купальщица!)”.
Плач матери по новобранц у.- Отрывок из незавершенной поэмы “Егорушка” (“Плач Лазорь-реки”), опубликованный автором как отдельное стихотворение. Над поэмой Цветаева работала в 1920-1921 гг., затем в 1928 г.
Стихи к П у ш к и н у – (1-6).- Всю жизнь, начиная с детства, Цветаева преклонялась перед гением Пушкина. Первое стихотворение она посвятила ему в 1913 г.; много упоминала в своей прозе, переписке, в творческих тетрадях. Летом 1936 г. Цветаева перевела восемнадцать стихотворений Пушкина на французский язык. К столетию со дня его гибели она предложила в СЗ “Стихи к Пушкину”, около шести лет лежавшие без движения; журнал опубликовал только четыре, причем первое – в сокращенном виде. Отправив стихи в журнал и не надеясь на их напечатание, Цветаева писала Тескозой 26 января 1937 г.: “Стихи к Пушкину”… совершенно не представляю себе, чтобы кто-нибудь осмелился читать, кроме меня. Страшно резкие, страшно вольные, ничего общего с канонизированным Пушкиным не имеющие, и все имеющие – обратное канону. Опасные стихи… Они внутренне – революционны… внутренне – мятежные, с вызовом каждой строки… они мой, поэта, единоличный вызов – лицемерам тогда и теперь… Написаны они в Медоне в 1931 г., летом – я как раз тогда читала Щеголе-ва: “Дуэль и смерть Пушкина” – и задыхалась от негодования” (“Письма к Тесковой”, с. 149-150).
Факты, упоминаемые в “Стихах к Пушкину”, взяты Цветаевой из книги: В. В. Вересаев. Пушкин в жизни, вып. I-IV М., 1927-1928.
1. “Бич жандармов, бог с т у д е н т о в…”.-При жизни Цветаевой было опубликовано с изъятием 9-й, 10-й, 13-й, 14-й, 17-й и 20-й строф. Две ноги свои – погреться – вытянувший.- Во время аудиенции 8 сентября 1826 г., данной Николаем I Пушкину, вернувшемуся из ссылки в Михайловском, поэт “обратился спиною к камину и говорил с государем, обогревая себе ноги” (“Пушкин в жизни”, вып. II, с. 55). На стол вспрыгнувший при самодержце.- Во время той же аудиенции Пушкин “незаметно для самого себя, приперся к столу, который был позади его и почти сел на этот стол. Государь быстро отвернулся от Пушкина и потом говорил: “С поэтом нельзя быть милостивым!” (там же). Небо Африки своим Звавший, невское – проклятым.- В “Евгении Онегине”: “Под небом Африки моей”; в письме к П. А. Вяземскому из Михайловского от 27 мая 1826 г. Пушкин говорит о “проклятой Руси”, где он вынужден сидеть “на привязи”, так как царь не разрешает ему заграничных путешествий. Царскую цензуру Только с дурой рифмовал – в сказке “Царь Никита и сорок его дочерей”. А “Европы вестник” – с…- в эпиграмме, раньше ошибочно приписывавшейся Пушкину (опубл. в “Поли, собр. соч. Пушкина”, т. I, М., 1919, с. 384). Всех румяней и смуглее – измененная строка из “Сказки о мертвой царевне и о семи богатырях”. Беженство… белокровье мозга, морга синь..- Речь идет о белоэмигрантских “пушкиноведах”. Трусоват был Ваня бедный – из стихотворения Пушкина “Вурдалак”. Голубей олив… лоб – из стихотворения Б. Пастернака “Вариация 4”, обращенного к Пушкину.
2. Петр и П у ш к и н.- Кнастер – сорт табака. Петро-диво, Петро-дело – Петербург. Ганнибал Абрам Петрович (1697-1781) – прадед Пушкина со стороны матери, похищенный турками и присланный посланником Турции в подарок Петру I. На волю? Изволь! – Пушкин просил в 1834 г. отставки от царской службы в Иностранной коллегии. Николай I отклонил его просьбу, пригрозив, что лишит его возможности “посещать архивы”, и Пушкину пришлось просьбу об отставке взять обратно. “Николай I Пушкина засадил в клетку, а клетку позолотил (мундир камер-юнкера и – о, ирония! – вместо заграничной подорожной – открытый доступ в архив, которым, кстати, Пушкина при себе и держал.-“Ты – в отставку, а я тебе архивную дверь под носом”). И – Пушкин остался. Вместо деревни – Двор, вместо жизни – смерть”,- писала Цветаева в очерке “Наталья Гончарова” в 1929 г. (“Прометей”, М., 1967, № 7, с. 159-160). Отныне я – цензор.- После возвращения Пушкина в 1826 г. из ссылки Николай I взял на себя цензуру его произведений. Снегов Измаил.- Измаил (библ.) – сын патриарха АврЪама и его рабыни Агари; по более поздним преданиям, считался родоначальником арабов. Василиск – сказочный змей, убивавший взглядом: имеется в виду знаменитый “леденящий” взор Николая I. Полтавских не комкал концов.- Неточность: будучи цензором Пушкина, Николай читал не “Полтаву” (уже вышедшую к тому времени), а “Медного всадника”, Пушкин не согласился с замечаниями, и при его жизни поэма не увидела света. Недостойным потомком… Петра был сослан в румынскую область.- В 1820 г. Пушкин за политическую лирику был сослан Александром I в Екатеринослав, Одессу, затем в Кишинев. Сына убил сробевшего.- В 1718 г. Петр I подписал смертный приговор своему сыну, царевичу Алексею, вокруг которого сгруппировались реакционные противники петровских реформ.
3. (С т а н о к).- Над цветком любви.- Цветаева говорит о черновом наброске Пушкина “Цветок любви”, опубликованном в 1922 г.
В книге “Неизданный Пушкин”.
4. “П р е о д о л е н ь е…” – На фуру несший: Атлета мускулатура.- “А. О. Россет перекладывал тело Пушкина в гроб… Мне припоминалось, какого крепкого, мускулистого был он сложения, как развивал он свои силы ходьбою” (“Пушкин в жизни”, вып. IV, с. 153).
Поэт и царь 1(5). “Потусторонним…” – Об этом стихотворении Цветаева писала, что оно “месть поэта за поэта. Ибо, не держи Николай I Пушкина возле себя поближе – выпусти он его за границу – отпусти на все четыре стороны – он бы не был убит Дантесом. Внутренний убийца – он” (“Письма к Тесковой”, с. 150). Потусторонним Ц Залом царей.- Речь идет о галерее, окружавшей памятник Александру II на территории московского Кремля; потолок галереи был украшен портретами предков Александра II, выполненными венецианской мозаикой. Польского края Зверский мясник.- Николай I жестоко подавил польское восстание в 1831 г.
2 (6). “II ет, бил барабан перед смутным полком…”.- В первой строке Цветаева перефразирует строку из стихотворения ирландского поэта Ч. Вольфа “На погребение английского генерала сира Джона Мура” в переводе И. И. Козлова (1825). Жандармские груди и рожи.- По свидетельству П. А. Вяземского, в день выноса тела Пушкина в его доме, “где собралось человек десять друзей и близких… очутился целый корпус жандармов. Без преувеличения можно сказать, что у гроба собрались в большом количестве не друзья, а жандармы”. (“Пушкин в жизни”, вып. IV, с. 163). Точно воры вора… выносили.- В. А. Жуковский вспоминает: “Назначенную для отпевания церковь переменили, тело перенесли в нее ночью, с какою-то тайною, всех поразившею, без факелов, почти без проводников; и в минуту выноса, на которую собралось не более десяти ближайших друзей Пушкина, жандармы наполнили ту горницу, где молились об умершем, нас оцепили, и мы, так сказать, под стражей проводили тело до церкви” (там же, с. 162-163). С проходного двора.- Людей, . приходивших в те дни в квартиру Пушкина,- вспоминал современник,- “вели по узенькой, грязной лестнице… парадные двери были заперты, входили и выходили в швейцарскую дверь, узенькую, вышиною в полтора аршина”. Умнейшего мужа России.- После аудиенции 8 сентября 1826 г., данной Николаем I возвращенному из ссылки Пушкину, царь заявил в придворном кругу, что он разговаривал “с умнейшим человеком России” (там же, вып. II, с. 57).
Ода пешему ходу (1-3).- Цветаевой не удалось напечатать “Оду” ввиду якобы трудности ее для так называемого “среднего читателя”; она была возвращена ей редакцией СЗ. Работа проходила в два этапа: первые беловики относятся к 20-м числам августа 1931 г., окончательный вариант – к марту 1933 г., когда автор отказывается от некоторых сильных строф, уводящих, однако, в сторону от темы, как, например:
(Мне и крыльев не надо, Застилающих высь! Ведь и боги Эллады К людям – спешивались!)В марте 1933 г., работая над началом седьмой строфы первого стихотворения (о взгляде пешехода на лопнувшую шину), последняя строка которой уже была написана, Цветаева размышляет на страницах черновой тетради: “Что в этом взгляде: 1) Торжество над врагом, 2) Без параллели: чистая радость (женщины и девичья), 3) Никакая картина так не обрадует… Удовлетворенность, злорадство, 4) Без подобия-описание взгляда” – и дальше идет более десятка вариантов начала строфы.
Перед последней строкой “Оды” (“На своих на двоих”), найденной еще задолго до завершения вещи в целом, Цветаева долго искала наиболее емкую метафору предшествующей строки: “М б сюда: в стихах и в прозе, по дороте и в творчестве –
Чтобы – к сраму ли, к славе ль -> На своих на двоих!
Чтобы в век паразитов – На своих на двоих!”
И т. д, Найдя наконец эту предпоследнюю строку, поэт идет дальше “вспять” в поисках строки, ей предшествующей (рифмы к слову “моллюсков”) :
Внук мой! Мозг мой и мускул…
И т. д.
“Смысл: побег (рост), завязь, росток, лист – моя кровь, моя плоть, род мой, слепок мой, второй я” – и находит нужное слово “отпрыск” Скоропадских – от фамилии П. П. Скоропадского (1873-1943), контрреволюционного “гетмана” Украины, просуществовавшего у власти восемь месяцев и свергнутого в 1918 г. Чванством распираемый торс – Имеется в виду реклама автомобильных шин на дорогах Франции: человек без ног, опоясанный шинами. Лакированный нуль – автомобиль. Змея ветхая лесть.- По библейскому преданию, дьявол в образе змея льстивыми речами уговорил Еву сорвать запретный плод с “древа познания добра и зла”. Опера и Мадлен – центральные районы Парижа, где находятся лучшие магазины, ателье мод и т. п. …жаждет Прага – порога. Морены – ледники, глетчеры.
“Не нужен твой стих…”,- “Поэзия”, с. 164.
Стихи к сыну (1-3).- Сын Марины Цветаевой, Георгий Сергеевич Эфрон, родился 1 февраля 1925 г. в Чехословакии. Подростком рвался ехать в СССР, вместе с матерью в 1939 г. вер-яулся на родину. После смерти Цветаевой сберег ее архив. Окончил школу в Ташкенте, затем посещал лекции в Московском литературном институте. Много читал: для своего возраста был очень развит и образован. Отличался литературной одаренностью и художественными способностями, о чем говорят оставшиеся после него дневники, письма и рисунки (ЦГАЛИ). В начале 1944 г. был призван на фронт. Погиб в июле 1944 г., будучи раненным в бою под деревней Друйка Браславского района Витебской области (см. об этом публикацию Станислава Грибанова “Строка Цветаевой” – журн. “Неман”, 1975, № 8).
3. “Не быть тебе нуле м…”.- Галльский петух – одна из национальных эмблем Франции.
Родина.- С калужского холма.- Речь идет о Тарусе (см. коммент. к стихотворению “Бежит тропинка с бугорка…”).
“Над вороным утесо м…”.- Журнал “Встречи”, Париж, 1-934, № 4-5, в цикле из пяти стихотворений под названием (Ici – haub (“Здесь, в поднебесье” – фр.). Посвящено памяти М. А. Волошина. На твоей скале.- Волошин похоронен в Коктебеле, согласно его желанию, на вершине хребта Кучур-Янышар.
“Никуда не уехали – ты да я…”.- Сильная нужда не давала возможности Цветаевой уезжать каждое лето на отдых. Чтобы заработать деньги на это, а также покрывать бесчисленные долги, она вынуждена была устраивать вечер-а своих чтений.
Стол (1-6). Дочь Цветаевой А. С. Эфрон вспоминает о том, как работала Цветаева: “Отметя все дела, все неотложности, с раннего утра, на свежую голову, на пустой и поджарый живот. Налив себе кружечку кипящего черного кофе, ставила ее на письменный стол, к которому каждый день своей жизни шла, как рабочий к станку – с тем же чувством ответственности, неизбежности, невозможности иначе. Все, что в данный час на этом столе оказывалось лишним, отодвигала в стороны, освобождая, уже машинальным движением, место для тетради и для локтей. Лбом упиралась в ладонь, пальцы запускала в волосы, сосредоточивалась мгновенно. Глохла и слепла ко всему, что не рукопись, в которую буквально впивалась – острием ‘ мысли и пера” (Зв., 1973, № 3, с. 157).
1. “М ой письменный верный стол 1..”.- Штранд (нем.)-морской берег. Морю толп еврейских – горящий столп.- По библейскому преданию, при исходе евреев из Египта бог в образе огненного столба указывал им путь.
2. “Тридцатая годовщин а…”.- Тридцатая годовщина,- Цветаева начала писать стихи с раннего детства; в одиннадцать-две-надцать лет она писала стихи уже последовательно и сознательно.
3. “Тридцатая годовщин а…”.- Березу берег карел..,- Карельская береза – ценный сорт древесины. Трех самозванцев в браке признавшая тезка – Марина Мнишек (см. о ней коммент. к циклу “Марина”).
4. “Обидел и обошел?..”.- Парижские химеры – украшения на соборе Парижской богоматери, сделанные в виде фантастических существ – химер.
Куст (1-2).
2. “А мне от куста – не шум и…”.- Невнятицы Фауста Второго.- Речь идет о второй части “Фауста” Гете, сложного философского произведения.
“Уединение: уйди…”.- “Поэзия” с. 170. Стихотворение тематически связано со стихотворением “Сад” (см.),
Челюскинц ы.- В черновике письма Цветаевой к поэту А. Эйснеру, упрекнувшему ее в том, что не откликнулась на подвиг челюскинцев, читаем: “…многие годы уже я – лирически – крепко сплю… Степень моего одиночества здесь и на свете. епень моего одиночества здесь и на свете. Вы не знаете… и вот Ваш оклик: запрос! А теперь я написала Челюскинцев – не я написала, сами написались!” Родили дите.- Во время экспедиции на “Челюскине” родилась девочка. Второй уже Шмидт – О. Ю. Шмидт (1891-1956), возглавлявший экспедицию “Челюскина”; “первый” Шмидт – лейтенант П. П. Шмидт (1867-1906), один из руководителей Севастопольского восстания 1905 г.
“Рябину…”.- Поэзия”, с. 164. Написано во время работы над стихотворением “Тоска по родине! Давно…” (см.).
Деревья (“Кварталом хорошего тона…”).- Париж, в отличие от Праги, Цветаева не полюбила. “В Париже нужно жить Парижем, иначе ты в нем и он для тебя бессмыслен” (письмо 1927 г.). “QueI triste plaisir que de s’amuser! (Какое грустное удовольствие развлекаться! – фр.) – так я смотрю на вечерний Париж. Его приманки – не для меня” (письмо 1929 г.). “Париж мне душевно ничего не дал” (1932 г.) (“Письма к Тесковой”, с. 52, 76, 96). Парижскую богемную молодежь Цветаева считала фальшивой, находящейся в тупике, и с тревогой думала о будущем своего сына, говорила об отвратительноети “юношеской пошлости”.
Листовки – здесь: печатные рекламы, раздаваемые на улицах прохожим. Мертвые лисы – лисьи меха. Смертный рис – рисовая пудра, делавшая лица бледно-голубоватыми. Был дуб…- Святой Людовик – чего глядишь?-По преданию, у подножья знаменитого дуба’в Вен-сенском лесу французский король Людовик Святой (1226-1270) выслушивал жалобы и творил правосудие.
Надгробие (1-5).- Все стихотворения, кроме пятого, написаны после кончины Николая Павловича Тройского (1909-1934), молодого поэта, трагически погибшего под колесами метро. Цветаева подружилась с ним в 1928 г.; она высоко ценила его стихи, видела в них, как и во всем духовном облике юноши, большое сходство с самою собой (Гронский, действительно, был тогда всецело под ее влиянием). Через Н. П. Гронского она пересылала свои стихи для печатания в парижскую газету “Последние новости”, где работал его отец; совершала с ним пешие прогулки по медонским лесам. К тому времени относится несколько вариантов незавершенного стихотворения, обращенного к Тройскому. Один из них:
“Н. П. Г.- в память наших лесов.
Лес: сплошная маслобойня Света: быстрое, рябое. Бьющееся, как Ваграм. Погляди, как в час прибоя Лес играет сам с собою!
Так и ты со мной играл”.
Сохранилась их переписка 1928-1930 гг.: девяносто девять писем Цветаевой и сорок одно – Гронского; после его смерти Цветаева думала издать эту переписку. На смерть молодого поэта она откликнулась статьей “Поэт-альпинист” (декабрь 1934 г.; напечатана в переводе на сербскохорватский в белградском журн. “Русский архив”, 1935, № XXXII-XXXIII). Русский оригинал этой большой статьи не сохранился. После отказа журнала напечатать ее целиком (вероятно, из-за резких страниц о спорте и спортсменах, которым она противопоставляла одинокого альпиниста-поэта), Цветаева сделала попытку напечатать статью в урезанном виде, но тоже безуспешно. В 1936 г. СЗ опубликовали ее маленькую рецензию на вышедшую посмертно книгу Гронского “Стихи и поэмы”.
5. “Оползающая глыб а…”.- Марина Цветаева, Стихотворения и поэмы. Л., 1979, с. 542. Включено в цикл “Надгробие” в 1940 г.
“Есть счастливцы и счастливиц ы…”.- Это стихотворение тематически предшествует циклу “Надгробие”. Пел же над другом своим Давид.- По библейскому преданию, Давид (см. коммент. к стихотворению “Быть мальчиком твоим светлоголовым! “) оплакал своего любимого друга Ионафана в “плачевной песне”. Об Ор фее и Эвридике см. коммент. к стихотворению “Как сонный, как пьяный…”,
Вторую часть стихотворения (начиная с третьей строфы) Цветаева дописала позже; она колебалась между двумя, равнозначными для нее, вариантами и так и не выбрала окончательный. Приводим другой: Пел же над другом своим Давид
Так, что поныне молод!
Если б Орфей не сошел в Аид
Сам, а послал бы голос
Свой… ибо голос тебе, поэт,
Вместо лица и вида
Дан,- Эвридика на белый свет
Вышла из мглы Аида.
Б у з и н а.- Последняя строфа не была завершена, однако в 1940 г. Цветаева намеревалась включить стихотворение в предполагавшийся сборник без этой строфы, сознательно обрывая, как делала не раз.
Отвергнутая автором строфа:
Бузина багрова! багрова! Бузина целый край забрала В лапы! Детство мое у власти! Нечто вроде преступной страсти. Новизна меж тобой и мной… (Бузина меж тобой и мной…) Я бы века болезнь – бузиной Назвала…Дом (“Лопушиный, ромашный…”).- Опубликованное автором как отдельное стихотворение, является началом незавершенной поэмы “Певица”, над которой Цветаева работала в 1935 г. В стихотворении речь идет о доме в предместье Парижа – Ванв, где она жила с 1934 по 1938 г., и об окне, перед которым рос каштан.
“Ударило в виноградни к…”.- Масонское Око.- Одним из масонских знаков было “всевидящее Око” (глаз с расходящимися от него лучами).
Читатели газет.- “Мир газет – мне страшен, помимо всего заставляющего ненавидеть газету, эту стихию людской пошлости! – я ее ненавижу за исподтишка, за коварство ее ровных строк” (письмо от 25 июля 1925 г.). Гуттенбергов пресс – печатный станок (по имени его изобретателя Гуттенберга; 1400-1468). Шварцев прах – порох (по имени его изобретателя, францисканского монаха Бертольда Шварца; XIV г.).
Стихи сироте (1-7).- Обращены к А. С. Штейгеру (1907- 1944), поэту, с которым Цветаева к началу переписки лично знакома не была, а знала через его сестру, поэтессу Аллу Головину. Летом 1936 г., живя в Савойе, в горном селении Сен-Лоран, она получила от Штейгера, больного туберкулезом и только что пережившего несчастную любовь, полное отчаяния письмо с “воплем” о помощи,- в ответ на что откликнулась сразу к горячо: писала ему каждый день, одобряла, утешала, посылала написанные для него стихи. Однако Штейгер оказался слишком ординарным и слабым, он не выдержал лавины направленных на него чувств и забот, и к тому же он был верным сыном парижской богемы, к которой и рвался из своего туберкулезного санатория. В сентябре он получил от Цветаевой полную негодования отповедь: “Мне для дружбы, или, что то же,- службы – нужен”



1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Loading...


Комментарии к стихотворениям и поэмам Марии Цветаевой. Часть 5. – художественный анализ